ГУФСИН России по Свердловской области

Фильмы о противодействии терроризму

Сеющие Ужас_ВГТРК_Оренбург_2018

БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ

Ловушка Хизб ут-Тахрир 

Противодействие наркотикам


Нормативные правовые акты в сфере противодействия терроризму и экстремизму

 

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 3 ноября 2016 г. N 41 г. Москва "О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 года N 1 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности" и от 28 июня 2011 года N 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности"

   

Федеральный закон от 06.03.2006, № 35 – ФЗ «О противодействии терроризму»

   

Федеральный закон РФ от 25.07.2002 года № 114 – ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»

   

Указ Президента Российской Федерации от 12.05.2009 г. № 537 «О стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года»

   

Указ Президента РФ от 15.02.2006 № 116 (ред. от 08.10.2010) «О мерах по противодействию терроризму»


Указ Президента РФ от 26.07.2011 № 988 «О Межведомственной комиссии по противодействию экстремизму в Российской Федерации»


Совместный приказ Министерства юстиции Российской Федерации, МВД России, ФСБ России от 25 ноября 2010 г. № 362/810/584 «О взаимодействии Министерства юстиции Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации и Федеральной службы безопасности Российской Федерации в целях повышения эффективности деятельности учреждений (подразделений), осуществляющих проведение исследований и экспертиз по делам, связанным с проявлением экстремизма»

Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом. (Шанхай, 15 июня 2001 г.)


Федеральный закон от 25 декабря 2012 г. N 255-ФЗ «О внесении изменений в статью 20.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и статью 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности»

   

Приказ от 12 июля 2011 г. N 109 «О мерах по противодействию экстремистской деятельности»


Приказ от 19 ноября 2009 г. N 362 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремистской деятельности»


Распоряжение от 16 декабря 2008 года «О совершенствовании работы по предупреждению и пресечению деятельности общественных и религиозных объединений по распространению идей национальной розни и религиозного экстремизма»

   

План мероприятий по реализации в 2013 - 2015 годах Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года

Приказ ФСИН России от 24.11.2017 № 1111 «Об организации мероприятий по противодействию терроризму, экстремистской деятельности в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы»


НОВОСТИ В СФЕРЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ТЕРРОРИЗМУ И ЭКСТРЕМИЗМУ

 01.03.2018 г.

Осуждённый М., отбывающий наказание в ФКУ ИК-53 ГУФСИН России по Свердловской области, обратился в оперативный отдел учреждения с явкой с повинной, которая была направлена в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ для проведения проверки в СУ СК РФ по ХМАО-Югра г. Нижневартовск.

В период с 11.03.2012 по 16.10.2016 г. М., находясь по месту своего жительства, использовал персональный компьютер с доступом в информационно - телекоммуникационную сеть «Интернет», зарегистрировался в качестве пользователя социальной сети «ВКонтакте» под псевдонимом «Владислав», имея умысел на подрыв основ общественной безопасности, конституционного строя, обеспечения целостности и безопасности государства, идеи равноправия людей, независимо от их социальной, идеологической, религиозной, политической, национальной, расовой принадлежности, используя неустановленные электронные технические устройства (ноутбук, сотовый телефон), умышленно разместил на своей виртуальной странице следующие аудио и видеозаписи: «Чеченцы и скины», «Тесак избил и унизил фрика», «Националист дело говорит», «Дэвид Лэйн-14/88, «14 слов 88 заповедей», «Whit Power 44 14/88», в которых присутствуют высказывания, обосновывающие необходимость вражды, в том числе применения насилия в отношении представителей неславянского происхождения, лиц Кавказской национальности; суждения, положительно оценивающие деятельность скинхедов, которые не только формируют негативное отношение, но и могут оцениваться как косвенные призывы к насильственным действиям (бить, избивать) высказывания, побуждающие адресата быть радикальным (т.е. придерживаться экстремистских взглядов); негативные характеристики адрес лиц неславянского происхождения.

01.03.2018 г. Нижневартовским городским судом ХМАО-Югры гражданин М. был осуждён по ст. 282 ч.1 УК РФ и приговорен к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 69 ч. 5 УК РФ путём частичного сложения приговоров окончательно назначено наказание  2 года 10 месяцев лишения свободы.


15.08.2018 г.

В ФКУ ИК-5 ГУФСИН ранее отбывал наказание осужденный Д., 29.10.1985 г.р. Перед освобождением осужденный Д. начал общаться с осуждённым за преступление террористического характера Т. В ходе проверки корреспонденции, поступившей на имя Т. были обнаружены и изъяты фотографии, на которых изображён осужденный «Д» на фоне флага, запрещённой в России террористической организации и с оружием в руках, с жестом, которые используют боевики запрещённой террористической организации МТО «ИГИЛ» (с поднятой левой рукой и поднятым указательным пальцем вверх).

Также было установлено, что осужденный Д., находясь в г. Екатеринбург, с помощью технического устройства, имеющего доступ к сети «Интернет», в социальной сети «ВКонтакте» на своей персональной странице под псевдонимом «Абдурахман» разместил в свободном доступе для неограниченного круга лиц материалы, которые, согласно проведённого лингвистического исследования, содержат информацию, направленную на возбуждение ненависти, а также на унижение человеческого достоинства лиц, не исповедующих ислам.

По данному факту 21.02.2018 г. следственным отделом по Железнодорожному району г. Екатеринбурга СУ СК РФ возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 282 ч.1 УК РФ «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Гражданин Д. 15.08.2018 г. Железнодорожным районным судом г. Екатеринбурга привлечен к уголовной ответственности в виде исправительных работ на срок 2 года с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства.


05.10.2018 г.

В ФКУ ИК-52 ГУФСИН был выявлен осуждённый К., который с 2010 по 2016 годы, используя подключение к информационно – коммуникационной сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте», разместил материалы, с целью возбуждения национальной и религиозной вражды. В разговоре с осуждёнными в отряде допускал высказывания о том, что «Русь для русских».

По данному факту следственным отделом СУ СК РФ по г. Камышлов
в отношении осужденного «К» было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 282 ч. 1 УК РФ (7 эпизодов) «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства». 05.10.2018 Камышловским городским судом за совершение преступлений предусмотренных ч. 1 ст. 282 УК РФ (7 эпизодов) осужденный «К» привлечен к уголовной ответственности в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием в колонии строгого режима. 


02.09.2019 г. в Главном управлении ФСИН России по Свердловской области накануне Дня солидарности в борьбе с терроризмом на занятии по служебной подготовке перед личным составом выступил Президент Уральской ассоциации «Центр этноконфессиональных исследований, профилактики экстремизма и противодействия идеологии терроризма», член Общественной палаты Свердловской области, член международной ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа», подполковник запаса подразделения по борьбе с терроризмом, ветеран боевых действий Сергей Павленко. Он рассказал собравшимся о трагедии в Беслане, когда в школе № 1 города Беслан (Северная Осетия) утром 1 сентября 2004 года во время торжественной линейки, посвящённой началу учебного года террористы захватили заложников.  



03.09.2019 г. в 15 годовщину трагедии в г. Беслане (Северная Осетия) в Екатеринбурге состоялся митинг, посвященный памяти погибших от рук террористов. В церемонии приняли участие заместитель губернатора Свердловской области Павел Креков, более 30 сотрудников ГУФСИН, сотрудники МВД, МЧС, Росгвардии, курсанты и воспитанники кадетских школ, священнослужители от разных религиозных конфессий – старший священник Храма-на-крови Максим Миняйло, представитель регионального Духовного управления мусульман Свердловской области Радиф Гиндуллин  и главный раввин Екатеринбурга и Свердловской области Зелиг Ашкенази. Жертвами теракта стали 334 человека, в том числе 186 детей, более 500 человек получили ранения. Участники митинга собрались на Площади Советской Армии, у мемориала «Черный тюльпан». Они держали в руках таблички с фотографиями погибших детей, их родственников и бойцов спецназа, которые отдали свои жизни, спасая заложников. Данные таблички с фотографиями были изготовлены руками осужденных в учреждениях ГУФСИН.








Информационная пропаганда

23.09.2019 г. на интернет портале «66.RU» была опубликована статья,  подготовленная корреспондентами портала «66.RU», осужденный раскрывает преступную сущность идеологии терроризма и экстремизма.

Материал Дмитрия Антоненкова, размещенный на сайте информационного агентства "66.ру"

https://66.ru/news/society/224048/

«Мне говорили, что там убивают детей». История российского полицейского, который уехал на джихад в Сирию


Дагестанец Ахмед – один из самых необычных обитателей исправительной колонии №13 в Нижнем Тагиле. Здесь мотают срок силовики со всей страны. В основной своей массе они попались на взятках или избиениях задержанных. Ахмед оказался в нижнетагильском лагере после того как, уволившись из полиции, отправился в Сирию воевать на стороне запрещенной в РФ организации «Джебхат ан-Нусра», филиале «Аль-Каиды». Свою историю экс-полицейский-террорист рассказал 66.RU.

Главным условием нашей встречи с Ахмедом было не упоминать его настоящее имя и не демонстрировать лицо: «Мне еще домой возвращаться. Если эти люди (террористы) меня узнают, они будут мстить». Поэтому имя мы изменили.

— Я со школы мечтал работать в полиции. Наверное, это из-за дяди, который работал в СОБРе и погиб в первую чеченскую кампанию. В детстве я прямо бредил, что буду работать в структуре МВД. В итоге после школы закончил юридическую академию. Отслужил. Вернулся в Дагестан и сдал документы в ППС. Там встал на должность инспектора отдельного взвода. Мы ездили на вызовы, драки, спецоперации и минирования. В связи с терроризмом была тяжелая обстановка.

В 2010-м нас подорвали. Приехали на вызов. Там подорвали одного из сотрудников [правоохранительных органов]. У меня было такое чувство, что где-то должно сработать второе взрывное устройство. Начали зевак разгонять, и в этот момент — второй взрыв. Меня тогда тряхануло. Контузило.

В 2011-м работал в спецгруппе. Мы патрулировали район и останавливали для проверки подозрительные машины. Я шел со своим сотрудником-автоматчиком и в нас начали стрелять прямо через стекло машины. Сотрудник упал. Я начал отстреливаться из пистолета. Подбежал к сотруднику, чтобы его оттащить, и в этот момент пуля попала мне в челюсть. Я схватил автомат и стал беспорядочно стрелять туда, откуда велся огонь. Меня прямо во время боя тогда вывезли в больницу. Там узнал, что еще одна пуля попала чуть выше сердца.

В общем, мы работали в таких условиях, когда не знали, кто твой враг. Мы — в форме, нас видно. А террористом мог оказаться любой, даже сосед. Так и оказалось, что в той группе, которая нас расстреляла, был мой сосед.

Вылечился. Вышел на работу. Произошел захват заложников. Я не стал дожидаться приезда группы, выдвинулся и получил удар ножом.

«Мои дети живут в мире, у них все хорошо, а в Сирии их убивают. Я должен им помочь»


После этого я уволился из полиции. Дома все радовались, что я ушел. Пошел работать в газовую службу. Тогда я стал чаще видеться со своим одноклассником. Раньше тот был хулиганом, а потом стал очень набожным. Стали с ним общаться. Часто разговаривали. Он все чаще показывал видеоролики из Сирии, рассказывал о несправедливости, которая там происходит. Он действовал как вода, капля по капле.

Моей ошибкой, как и остальных людей, которые попадаются на это, было отсутствие необходимых знаний. Он мне приводил примеры, что правительственные войска, армия Асада не должны себя так вести: убивать детей, насиловать женщин. Я раньше думал, что мы все — это одно: мусульмане. Он объяснял, что это не так: это — шииты, это — рафидиты. Говорил, что это все не имеет отношения к исламу, к чистому исламу! Потом стал рассказывать, что собирается в Сирию. Звал: «Может, поедешь со мной?»

Я колебался. А он уехал и стал писать мне оттуда: «Ты не поверишь, здесь такое творится! Просто всех уничтожают. Геноцид идет. На улицах валяются трупы детей». Отправлял ролики, на которых убитые дети. Он говорил: «Обязанность каждого мусульманина — помогать друг другу. Если ты не будешь помогать, то ответишь за это перед Аллахом».

Меня больше всего мертвые дети зацепили. Я считаю, что дети… это ангелы, самые чистые существа. У меня в тот момент родился второй ребенок, и я думал: «Мои дети живут в мире, у них все хорошо, а в Сирии их убивают. Я должен им помочь». Так решился поехать.
Семье сказал, что выиграл путевку и еду в малый хадж. А там, если будет возможность, останусь на большой хадж. Я специально оставил себе возможность вернуться.

Мой одноклассник давал инструкции. Так я добрался до Стамбула. Там он прислал телефонный номер человека, который должен был меня встретить. Меня отвели в квартиру, где жили еще трое россиян. У каждого из них была своя история. Все собирались в Сирию — участвовать в джихаде.

На этой квартире мы пробыли неделю. Гуляли по городу, ходили купаться. Мы все собирались в «Имарат Кавказ» (запрещен в РФ, преимущественно состоит из выходцев с Кавказа, в Сирии представляет интересы террористической организации «Джебхат ан-Нусра»). Но потом один из наших отказался, сказал, что поедет в «Исламское государство» (запрещенное на территории РФ, признанное террористической организаций ИГИЛ, является враждебной к «Джебхат ан-Нусре»). Где-то на улице, в магазине он познакомился с россиянином и тот убедил поехать в ИГИЛ.

Я тогда не разбирался, кто с кем воюет. Его просто убедили, что воевать в ИГИЛ — это правильно. Он нам объявил об этом, молча собрал вещи и ушел. Где он теперь, что с ним, не знаю.

А на следующий день в пять утра за нами пришла машина. Нас привезли в приграничный турецкий город Адана. Там расположились в двухэтажном домике. Пробыли два дня. Это, получается, такой перевалочный пункт. Пока там находились, из Сирии пришли четыре человека. Но они были не русскоязычные, поэтому с ними пообщаться не удалось.
Наконец проводник вывел нас к границе. Показал: «Вот граница, вот траншея. Бегите прямо. Если появятся пограничники, то не поворачивайтесь к ним».

Мы пробежали метров 300–400, и тут подъезжает турецкий БТР. Но в этот момент мы уже были на той стороне. Они не успели. Поэтому им уже было наплевать.

На сирийской стороне нас встретил араб-проводник на мотоцикле. Мы оказались в поселке Атма. Там на улицах люди ходили в форме, с оружием. У меня тогда начал появляться страх. Я стал задумываться, как я вообще там оказался? Что я делаю? Я же сам воевал против них, а теперь оказался одним из них.

Нас разместили в доме на окраине. Там встретил моего приятеля, который меня во все это и затянул. Я заметил, что его отношение ко мне изменилось. Он как будто похолодел. Видимо, у него цель была, чтобы я приехал. Видимо, были какие-то свои мотивы, интересы.
Туда постоянно приезжали-уезжали люди. То арабы, то русские. Но постоянно была проблема с едой. Поэтому вызвался готовить. Стал поваром.

Там было что-то вроде обучения. Я им сказал, что бывший сотрудник органов. Мне дали автомат: «На, постреляй». Я ответил, что мне ничего такого не надо: «Я поваром буду». Они вроде как начали меня остерегаться. Они же не знали, для чего я приехал. Может, я действующий сотрудник и меня внедряют к ним в структуру. Они меня перестали трогать, а я просто готовил еду.

«Мне объясняли, что в Сирии наступает мир, а на войне на Украине платят зарплаты получше»

Вообще, когда раньше эта территория контролировалась «Исламским государством», там был полноценный тренировочный лагерь. Когда ИГИЛ ушел, все стало разваливаться. Все переписывались друг с другом, со знакомыми из ИГИЛ. Ругались: «Ты вероотступник, я тебе голову отрежу».

В тот момент на Донбассе начинались события. Многие русскоязычные боевики из Сирии уезжали на Украину. Я все думал, вы же говорите о священной войне! При чем здесь Украина? Они мне объясняли, что в Сирии наступает мир, а на войне на Украине платят зарплаты получше. В Сирии платили, только если ты создаешь семью. А так — только кормили и одевали. Даже мой приятель, который во все это меня затянул, собирался на Украину.

Как-то разговорился с одним из русских, с которым были еще в Стамбуле: «Нам надо отсюда валить». Он ответил: «Я тоже об этом думал, но не знал, как к тебе подойти, сказать». Там были такие правила, что в отпуск можно было уехать, только если ты отбыл четыре месяца. А мы тогда там просидели всего месяц. Я пошел к старшему и сказал: «Мне нужно жену встретить в Стамбуле, а мой приятель хочет жениться». Он нас не сразу, но отпустил на неделю. Выписал нам бумагу для проводников.

На следующий день мы перешли границу и оказались в Турции. На автобусе приехали в Стамбул, а там взяли билеты до Баку и оттуда добрались до Дагестана. О том, где были на самом деле, мы молчали. Никто не знал.

«Моя семья узнала обо всем только после задержания»

Моей ошибкой было то, что я боялся. Если бы тогда взял Уголовный кодекс и почитал, что добровольная сдача освобождает от уголовной ответственности, избежал бы тюремного заключения.

Время прошло. Я сменил номер телефона. Перестал общаться со всеми, кто имел отношение к Сирии. Жил спокойно, ходил в мечеть, уделял внимание детям. Думал тогда: что я натворил, как мог их оставить? У них ведь даже первое слово было не «мама», а «папа»!

Меня задержали через два года. Сотрудники сказали, что с самого начала знали, что я был в Сирии, просто смотрели за моими действиями. Что я буду делать? Может, я планировал в России что-то организовать. Мне прямо сказали: «Мы увидели, что ты ничего не предпринимаешь, но за сделанное ты все равно должен ответить».

Семья узнала обо всем только после задержания. Они были в шоке: «Как ты мог?» Я не мог смотреть отцу в глаза. Я его подвел. Но семья от меня не отвернулась. Ждут моего возвращения.

Конечно, я думал, что меня это минует. Но любая ложь всегда раскрывается. Я хочу предупредить остальных людей, чтобы они не наступали на эти грабли. Зачем нужен этот джихад? Живите в своей стране, занимайтесь семьями, детьми. Здесь не притесняют мусульман. Я, даже находясь в тюремном учреждении, спокойно молюсь, совершаю намазы.

Здесь, в лагере, люди, когда узнают, что я террорист, смеются, удивляются: «Ты на боевика не похож. Наверное, тебя подставили». Объясняю: «Вы здесь все невиновные. Кого не спросишь — невиновен, подставили. Я здесь единственный виновный, отвечаю за свои действия».








    



Дата последнего обновления: 11.11.2019 15:52

архив новостей

« Ноябрь »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 31 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 1
2019 2018 2017  
Что делать, если в отношении осужденного предпринимаются мошеннические действия?
ИНТЕРНЕТ-ПРИЕМНАЯ Напишите нам электронное письмо

Телефон доверия